Анатолий Волошин: “Побеждаем там, где другие сдаются”

Анатолий Волошин: "Побеждаем там, где другие сдаются" | CityTraffic

Тольяттинский Эл банк 29 ноября 2015 года празднует 25‑й день рождения. Председатель правления банка – Анатолий Волошин перед юбилеем банка рассказал журна­листам о нынешних эконо­ми­ческих реалиях и настро­ениях, с которыми банк встречает свой праздник.

- Все мы живем в одной стране и видим, что дела понемногу идут все хуже и хуже. Как вы оцени­ваете текущую эконо­ми­ческую обстановку? 

- Министр эконо­ми­че­ского развития РФ Алексей Улюкаев говорит, что в июле-августе 2015 года мы “прошли дно” и теперь “оттал­ки­ваемся” от него. Я не знаю, от чего можно оттолк­нуться, если продолжают разрушать банковскую систему России. Банки, у которых забрали лицензии, не выдали кредитов. Это значит, что не было инвестиций в реальный сектор экономики. ВВП не может начать расти, так как ему не с чего расти. Думаю, мы еще не на дне. 

В этой ситуации Центробанк РФ постоянно требует от банков: “Увеличивайте уставный капитал!”. Когда обещают, что останется не более 300 банков, увели­чивать капитал пробле­ма­тично. Мне даже говорят: “Нужно искать другой бизнес. В банковской отрасли все равно не дадут работать”. На это я должен сказать, что на 1 ноября 2015 года наш Эл банк – 293‑й банк в России. Мы уже входим в ТОП-300. Нам испол­няется 25 лет. Мы относимся к создав­шейся ситуации с оптимизмом. Процесс отъема лицензий закон­чится. Этот процесс не будет проис­ходить беско­нечно. Банковская система выживет. Выжившие банки окрепнут и станут развиваться. 

- Анатолий Парфирьевич, разве санкции в отношении России и сопут­ствующее стрем­ление к импор­то­за­ме­щению не помогают выправить ситуацию? 

- Я считаю, что для нас санкции хороши. Мы вступили в ВТО в некой эйфории, а ВТО для нас была просто петлей. Им показалось, что они ввели санкции. На самом деле мы просто оторвались от ВТО, закрыли свой рынок. Теперь можно заниматься импор­то­за­ме­щением. Можно произ­водить собственную свинину и говядину. Мы кредитуем предприятия, которые восста­нав­ливают старые коровники и фермы, разру­шенные после развала Советского Союза. Строятся комби­кор­мовые заводы, чтобы кормить рыбу и скот, а не завозить корм из-за рубежа. 

Только надо учитывать, что импор­то­за­ме­щение состоит их двух компо­нентов. Что мы брали на Западе до санкций? Мы брали деньги и товары. Команда Гайдара приучила Россию продавать ресурсы и жить на долла­ровые кредиты. Тогда набрали около 600 милли­ардов долларов, которые по сей день возвращают обратно на Запад. Только в четвертом квартале 2015 года Россия вернула 25 милли­ардов рублей. Как возвращают эти деньги? Наши “систе­мо­об­разующие” банки – пятерка или десятка банков – “пылесосят” население, выкачивая рубли. Накапливают деньги и покупают иностранную валюту, чтобы поддержать кредитами систе­мо­об­ра­зующие российские предприятия. Газпром, Роснефть, Лукойл и все другие, кто имел кредиты на Западе, вынуждены брать эти валютные кредиты внутри страны. 

До введения санкций наш банк помог одному фермеру построить большое хозяйство. Человек захотел возродить свою деревню. Нужно было 500 тысяч рублей, чтобы купить 20 свино­маток. Мы дали кредит. Теперь у него 2000 свиней и около 700 овец. Возрождается вся деревня. Население бросает пить, потому что появилась работа. 

Как только произойдет импор­то­за­ме­щение в части замещения иностранных денег россий­скими рублями, наша страна благо­по­лучно займется импор­то­за­ме­щением во всем: от бытовой техники до продуктов питания и автомобилей. 

Анатолий Волошин: "Побеждаем там, где другие сдаются" | CityTraffic

- При условии, что останутся местные регио­нальные банки? 

- Да, при условии, что в России останется финан­совая капил­лярная система в виде регио­нальных банков. Я увидел, что значат малые и средние банки для России, проехав на автомобиле от Магадана до Нерюнгри. Магадан – самый север нашей страны, Нерюнгри – юг Якутии. Это нужно видеть! В Якутии стоят вымершие поселки. Один поселок-красавец: новые трехэтажные дома, есть своя школа и детсад, но нет ни одного жителя. Так практи­чески по всей Якутии и в Магаданской области. 

Только в самом центре Якутии, в полюсе холода с тяжелыми для жизни погодными условиями стоит процве­тающий поселок Усть-Нера, это Оймяконский улус (район). Там построено несколько новых много­этажных домов, там самая высокая зарплата в Якутии, даже свой шести­мет­ровый бронзовый памятник поставили недавно. Все это произошло потому что 10 лет назад, когда я работал в другом банке также предсе­да­телем правления, мы выдали кредит человеку, который хотел заниматься золото­до­бычей. За 10 лет выдали ему порядка 30 милли­ардов кредитов, которые обора­чи­вались в Усть-Нере. Мы каждый год выдавали, он каждый год их гасил. Он тогда добывал 30 килограммов золота. В 2015 году добыл 5 тонн золота. Это 20% в 25 тоннах, добытых Якутией. От 250 тонн золота, добытого в России в 2015 году 2%. Эти 2% есть только потому, что когда-то мы дали кредит и продолжали креди­товать золотодобычу.

Эл банк работает на тех же принципах. У нас 4,5 миллиарда вкладов населения. Средний вклад у нас в банке примерно 300 тысяч рублей. Все вклады до 1 миллиона 400 тысяч рублей застра­хованы государ­ством. За последние пять лет 400 предприятий получили у нас кредиты. На данный момент нам возвращают кредиты 200 предприятий. Это порядка 35 тысяч рабочих мест. Я полагаю, что две трети из этих предприятий никогда бы не начали работать, не получи они наши кредиты. Соответственно, не было бы этих рабочих мест. Когда я беру свой кредитный портфель и читаю виды деятель­ности, понимаю, что в пока Эл банк не кредитует только предприятия авиационно-космической отрасли. Сейчас ищу такое малое предприятие, которое работает с космосом, чтобы выдать ему кредит. А если не найду – попробуем его создать, чтобы Эл банк мог заявить, что кредитует компании по всем видам деятельности. 

В Тольятти мы кредитуем компанию “Алания Фиш”, которая выращивает малька форели в Алании (Осетия), оттуда перевозит малька в Карелию, где за 2 – 3 года из малька выращивает полно­ценную товарную красную форель – каждая рыба весит по 2 – 3 килограмма. Одно лишь это предприятие произ­водит 2,5 тысячи тонн форели в год. Не дай мы ему кредит – в магазинах просто не станет красной форели. Будет норвежский лосось из Белоруссии: у них там, в болотах, много живности водится. В Тольятти есть произ­водство люстр, фабрика перчаток и своя мебельная фабрика. Все они готовы расши­ряться – спрос на продукцию растет. А у нас не хватает ресурсов, чтобы выдать им кредиты. 

- Но ведь бизнесу помогают не только банки, есть госпрограммы…

- Есть, но они не работают. Ни одна программа не ориен­ти­рована на развитие бизнеса. В Эл банке есть Управление проектного финан­си­ро­вания. Я запросил у него все программы, которые есть по поддержке малого и среднего бизнеса в Самарской области. Оказалось, что ни одно ведомство не в состоянии ответить за все программы. У каждого своя программа: у муници­па­ли­тетов, Минэкономразвития, Минсельхоза, Минфина и т.п. Забыли спросить: а малый бизнес знает об этих программах?! 

Я попросил составить единый реестр программ помощи малому бизнесу. Для изменения ситуации мы предлагаем собрать малые банки, которые еще остались хотя бы по одному в каждом городе. Сформировать единую систему управ­ления через передачу акций в эту управ­ляющую компанию по 10 процентов от каждого банка и отправить эту управ­ляющую корпо­рацию – созда­ваемый концерн по развитию малого и среднего бизнеса, чтобы работать по единым стандартам. Эту идею мы озвучили в Нижнем Новгороде и Уфе. Чтобы деньги и программы по развитию малого бизнеса проходили через единую банковскую систему. Это нужно не банкирам, а бизнесу. 

Анатолий Волошин: "Побеждаем там, где другие сдаются" | CityTraffic

- Собрались поговорить об Эл банке и забыли о нем. Как банк себя чувствует в сегодняшних реалиях? 

- Мы побеждаем там, где другие сдаются. Нам не оставляют других вариантов. Мы знаем, что беско­нечно это продол­жаться не может. В Тольятти факти­чески, осталось два местных банка, один из которых Эл банк. Мне это не греет душу. Это говорит о плохом состоянии городской экономики. Когда мало денег, нет оборотов, какое-нибудь предприятие начинает хромать, болеть и банкро­тится, мы наблюдаем эту картину и не распо­лагаем доста­точными ресурсами, чтобы помочь. 

Создается замкнутый круг: меньше денег – выдаем меньше кредитов – больше предприятий испытывают трудности. 

Тем не менее, мы встречаем 25-летие Эл банка. Все города, в которые приходит наш банк, стано­вятся лучше. К юбилею банка мы запустили корпо­ра­тивную благо­тво­ри­тельную программу “25 добрых дел”. В благо­тво­ри­тельных меропри­ятиях участвуют сотрудники и даже клиенты нашего банка. Мы решили сделать по 25 добрых дел в Ульяновске, Самаре, Тольятти, Кирове и Горно-Алтайске с сентября по декабрь 2015 года. Часть идей уже воплотили в жизнь. Всю осень у нас пенси­онеры бесплатно ходили на концерты и спектакли. Сотрудники банка сдавали кровь, собирали вещи для малоимущих, собрали и передали 100 килограммов корма и полезных вещей в приют для животных. Мы продолжаем верить в позитивное ожидание будущего и работаем, улучшая мир вокруг себя.

Михаил Грушевский, фото автора

Поделиться:

Следующая Новость

Хинштейн и Азаров "дружат" в твиттере против Фурсова

Сб Ноя 28 , 2015
В полити­ческой карьере самар­ского градо­на­чальника начался обратный отсчет. Депутат Государственной Думы РФ Александр Хинштейн публично выступил против главы города Самара Олега Фурсова, который с момента назна­чения на эту должность, считается креатурой губер­натора Самарской области Николая Меркушкина. Народный избранник и ранее выказывал недовольство работой чинов­ников мэрии. Определенные трения у одного из самых популярных политиков Госдумы были […]
Хинштейн и Азаров "дружат" в твиттере против Фурсова | CityTraffic

Рубрики