Анатолий Волошин: “Мы увидели, кто нам друг, а кто – враг”

Анатолий Волошин: "Мы увидели, кто нам друг, а кто – враг" | CityTraffic

Председатель правления Эл банка, Почетный гражданин Тольятти Анатолий Волошин рассказал о запасе прочности российской банковской системы.

Почему кредиты регио­нальных банков способны поддер­живать бизнес эффек­тивнее, чем крупные федеральные банки – читайте на сайте Эл банка.

Декабрь 2014 года стал шоковым для российских банков. Центральный банк РФ, преследуя целью борьбу с валютными спеку­лянтами, резко повысил ключевую ставку до 17%. Вслед за этим банки вынуждены были повысить ставки по своим кредитным программам. Как результат по итогам января-февраля текущего года объем креди­то­вания в России сокра­тился вдвое по сравнению с анало­гичным периодом 2014 года. Для сохра­нения креди­то­вания предприятий банкам уже бросили спаса­тельный круг на сумму 1 трлн рублей. Однако деньги пока не дошли до кредитных учреждений. Почему? Об этом говорили участники XXVI съезда Ассоциации российских банков (АРБ), который состоялся в Москве 7 апреля этого года. В его работе принял участие и предсе­датель правления город­ского Эл банка, Почётный гражданин и благо­тво­ритель Тольятти Анатолий Волошин.

В интервью газете “P.S.” руково­дитель тольят­тин­ского банка рассказал о том, почему банки сократили креди­то­вание малого и среднего бизнеса, подни­мется ли экономика страны за счет импор­то­за­ме­щения, а также насколько эффек­тивными были предло­жения Правительства и ЦБ РФ, направ­ленные на поддержку кредитных органи­заций и российской экономики в целом.

-Некоторые аналитики сравнивают нынешний кризис с тем, что проис­ходило в 2008 – 2009 году. По вашему мнению, уместна ли подобная аналогия?

-То, что проис­ходит сейчас в экономике, ведет к 1937, а не к 2009 году. На мой взгляд, руковод­ством Центрального Банка России и министер­ством финансов было сделано немало ошибок, которые и привели к непростой ситуации как в экономике страны в целом, так и конкретно в банковской системе. Но вряд ли кто-то возьмётся сейчас искать и тем более — наказывать виновных. Нужно предпри­нимать меры, чтобы стаби­ли­зи­ровать обстановку.

-Первые меры уже были предприняты. Правительство России в январе разра­ботало антикри­зисный план. В нем отражены меры поддержки ключевых отраслей. Еще в декабре 2014 года был принят закон о докапи­та­ли­зации банков через Агентство по страхо­ванию вкладов на сумму до 1 трлн рублей. Как эта мера помогла банкам и экономике?

-Все не так радужно. На съезде предста­вители ЦБ РФ заявили о том, что банковская система за отчетные январь-февраль текущего года получила убытка 36 млрд рублей. Однако регулятор надеется, что к концу 2015 года банковская система получит 100 млрд рублей прибыли. Но это копейки для нашей страны. К тому же, не думаю, что совокупный доход российских банков по итогам года достигнет этого показателя. Так что радоваться пока нечему. 

Сказали, что банкам предо­ставят 1 трлн рублей помощи, но пока ни один рубль не дошел ни до одного из 27 кредитных учреждений, попавших в список системно значимых. Это из 778 коммер­ческих банков, которые на данный момент работают в России. При этом помощь будет оказана банкам в виде облигаций федерального займа (ОФЗ). То есть кредитные учреждения получат деньги и должны сразу же купить на них ОФЗ. Таким образом, деньги возвра­щаются в бюджет, а банк может уже под залог ОФЗ в Центробанке брать кредит. Но чтобы получить межбан­ковский кредит, кредитному учреждению необходимо выполнить 12 условий. Среди них: заморозить зарплату на три года, не выпла­чивать дивиденды акцио­нерам, нарастить капитал, ежеме­сячно увели­чивать кредитный портфель в приори­тетных отраслях экономики и прочее. Из 27 системно значимых банков только 12 подали документы в ЦБ РФ. Из 12 лишь 6 банков прошли процедуру анализа документов. И, как стало известно, только три кредитных учреждения в ближайшее время могут получить часть от обещанного триллиона рублей. Разве можно назвать все это поддержкой банковской системы? Результат налицо — банки почти прекратили выдачу кредитов. Последствия также не заставили себя ждать: в январе-феврале мы наблюдали катастро­фи­ческое падение произ­водства в России.

-В то же время в Правительстве постоянно обсуждают вопрос импор­то­за­ме­щения. Политика Правительства в данном направ­лении поможет экономике выстоять?

-В сегодняшних эконо­ми­ческих условиях надежда на возрож­дение российской промыш­лен­ности в отсут­ствие доступных кредитов — это лишь фантазия. Какое у России собственное произ­водство? По стати­стике, мы произ­водим в год одно платье на 140 женщин, одну пару носок на душу населения в год. О каком экстренном импор­то­за­ме­щении нам говорят? Мы, оказы­вается, вообще ничего не создаем. Кроме того, позволяем сокращать произ­вод­ственные мощности. К примеру, на АВТОВАЗе локали­зация всегда составляла 100%. С приходом иностранных инвесторов на завод число местных произ­во­ди­телей комплек­тующих сначала сократили до 70%, а теперь — вообще до 20%. Представляете, сколько рабочих мест было сокращено на предпри­ятиях, которые раньше сотруд­ничали с АВТОВАЗом?

Россию долгие годы все сильнее стягивала “петля Кудрина”, и факти­чески мы сами себе перекрыли кислород. Мы успешно продавали на Запад лес, нефть, газ, металл, получая за это деньги и креди­туясь в США и европейских банках. При этом России удавалось удерживать оптимальный для себя курс рубля к доллару, пока цены на нефть и газ не рухнули вниз. Зато теперь все маски сброшены. Мы реально увидели, кто на Западе нам друг, кто — враг. И как оказалось, дядя Сэм со времен холодной войны совер­шенно не изменил своего отношения к нашей стране.

Но на что-то же российский бизнес живет?

-Без кредитов большинство предприятий останав­ли­ваются. Либо работают вполсилы, используя накоп­ленные собственные средства. Как правило, так действуют крупные произ­вод­ственные компании. Не думаю, что собственных накоп­лений хватит им на долгий срок.

Выступая на съезде Ассоциации российских банков, глава Центробанка Эльвира Набиуллина заявила, что предприятия малого и среднего бизнеса лучше кредитуют регио­нальные банки. Но при этом ни о какой поддержке этих банков не было ничего сказано. Зато заместитель предсе­дателя ЦБ РФ Василий Поздышев начал свое выступ­ление с известной поговорки: “Сколько не говори халва — во рту слаще не станет”. Сколько не говори Центральный банк — валютного регули­ро­вания и дешевых денег не будет. Мы 25 лет боремся с инфляцией высокими ставками креди­то­вания. И 25 лет ничего у нас не получается. Весь мир стиму­лирует произ­водство низкими кредитными ставками. Посмотрите на экономики тех стран, о которых принято говорить как об эконо­ми­ческом чуде, — Япония, Сингапур, Корея. Рост состоялся лишь тогда, когда прави­тельства и Центральные банки этих стран нашли возмож­ность довести дешевые и быстрые деньги до так называемых точек роста.

Региональным банкам всегда выживать сложнее, чем крупным кредитным учреждениям. Каковы в сложив­шихся непростых условиях на финан­совом рынке перспективы работы регио­нальных банков и, в частности, — Эл банка?

-Несмотря на различные небла­го­при­ятные прогнозы, российская банковская система сохра­нилась. Однако она не может работать сама для себя. У банковской системы есть свои цели и задачи. Но с выпол­нением одной из них — креди­то­ванием бизнеса — сейчас возникли серьезные проблемы. На уровне министра финансов и главы Центробанка нам обещают снижение инфляции, рост кредитных портфелей банков, рост прибыли кредитных учреждений. Но пока реаль­ность сурова: банки не в состоянии креди­товать бизнес.

Эл банк кредитует больше 200 предприятий, на которых работает более 35 тысяч человек. Эти предприятия работают в Тольятти, Самаре, Жигулевске, Ульяновске, Кирове, Москве, Оренбурге, республике Якутии, Магадане и даже во Владивостоке. Это реально работающие предприятия. Их продукция реали­зуется не только в Тольятти и Самарской области, но и по всей России: люстры и светильники, одежда, продукты питания и полуфаб­рикаты. Вот это и есть реальное импор­то­за­ме­щение. И мы этим уже давно занимаемся. Думаю, что 90% из этих предприятий никогда не получили бы кредит в крупном федеральном банке, и сегодня бы они просто не существовали. Региональные, или, как еще говорят, местные, банки всегда лояльно относились к малому и среднему бизнесу, кредитуя новые проекты, расши­рение произ­водства. И сейчас мы находим варианты и способы, чтобы этот процесс не остановить, сделать его и дальше непрерывным.

Эл банк один из немногих в Самарской области креди­товал в том числе и сельхоз­пред­приятия, конку­рируя в этом секторе с госбанками. В этом году вы плани­руете поддержку фермерских хозяйств?

-Мы сотруд­ничаем и всегда готовы к сотруд­ни­честву. В нашем кредитном портфеле около 2 млрд. рублей – это кредиты сельхоз­пред­при­ятиям. Но проблема этого года не снята — у банков нет денег, чтобы выдавать кредиты как раньше. В 2015 году кредитный портфель всех самарских банков не вырос, а это значит, что ни один новый проект не был прокре­ди­тован. Банки осуществляют сегодня свободное падение.

Даже Россельхозбанк, который тради­ционно лидировал по выдаче кредитов предпри­ятиям сельского хозяйства, сегодня не в состоянии креди­товать даже малые хозяйства. Россельхозбанк показывает колос­сальные убытки. Даже выделенные на поддержку 50 млрд рублей не помогают справиться с ситуацией.

Сегодня мы говорим о кризисе, о росте инфляции, но при этом в стране не найдены механизмы, которые дали бы возмож­ность произ­вод­ствам работать на полную мощность. Нам нужно больше произ­водить и потреблять, чтобы запустить нормальный процесс денежного обмена. Колоссальное внешнее давление оказы­вается Евросоюзом и США на российский бизнес, на людей. И вместо того чтобы нивели­ровать это давление и помочь кредитами бизнесу, ЦБ РФ и Правительство по-прежнему загоняет нас в рамки, туже затягивая гайки. Тем самым они помогают внешнему врагу справиться с российским бизнесом, поставить его на колени. Пример: фермер просит кредит на приоб­ре­тение элитных семян ржи. У него есть запас семян, которые он вывел самосто­я­тельно. Но их всхожесть составила только 35%. Не будет кредита — фермер не купит хороших семян, посеет те, что имеет. Результат очевиден.

При этом на субсидии сельхоз­пред­при­ятиям из федерального бюджета в Самарскую область направлен 1 млрд рублей.

-Да, средства выделены. Субсидии пойдут на погашение части процентной ставки по банков­скому займу. Чтобы получить субсидию, руково­дителю сельхоз­пред­приятия нужно прийти в банк, получить кредит, освоить его, уплатить по нему проценты, оформить необхо­димые документы, пойти с ними в Министерство сельского хозяйства — и лишь тогда субсидия будет предо­ставлена. Но банки не кредитуют сегодня бизнес! Круг замкнулся.

Какие меры может предпринять Центральный банк России, чтобы изменить ситуацию?

-Первое, что должен сделать Центробанк, — снизить сверх­кон­цен­трацию банков­ского бизнеса. Мы говорим о том, что надо развивать малый и средний бизнес, а небольшие регио­нальные банки — это и есть малый бизнес. Причем регио­нальные банки более эффек­тивно способны поддер­живать предпри­ни­ма­тельство, кредитуя его.

Кроме того, ЦБ РФ должен посте­пенно снижать и регуля­тивную нагрузку на банки. Российская банковская система занимает первое место в мире по накладным расходам. В этом мы обгоняем даже Украину. Если в 2009 году для российских кредитных органи­заций Центробанком было издано 200 различных норма­тивных документов, в 2010 году — 285, а в 2014 году — уж более 600. Такое впечат­ление, что чиновники постоянно усиливают работу и нагрузку для своих ведомств лишь для того, чтобы их не разогнали.

Конечно, важное условие — ЦБ РФ должен стать центральным банком развития. Именно ЦБ РФ должен решать — как и куда разви­ваться банковской системе. И самое главное — нужно правильно и вовремя принимать решения. Как правило, решение, принятое завтра, может быть более правильным, чем принятое сегодня. Но завтра это решение может никому уже не понадо­биться, потому что завтра никого не останется на рынке. Поэтому может решение, принятое с ошибками, но вовремя, стоит на порядок дороже, чем более правильное, но запоз­далое решение. Я уверен, что если всегда действовать только по инструкции и исполнять действие всех запре­щающих знаков, то жизни на Земле может и не быть.

Ирина Попова, газета “Постскриптум. Тольятти” №12 (515) от 13.04.2015 г.

материал опубли­кован на правах рекламы

Поделиться:

Следующая Новость

Тангейзер? Кто такой Тангейзер?

Вт Апр 14 , 2015
Больше половины россиян ничего не слышали о скандале с оперой Вагнера, постав­ленной в Новосибирске. Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) спросил у 1600 человек в 132 населенных пунктах в 46 областях, краях и респуб­ликах России, как они оценивают поста­новку “Тангейзер” в новоси­бирском театре и считают ли данную версию оскор­би­тельной для себя. Случай с оперой “Тангейзер” (от служи­телей церкви в проку­ратуру поступило заявление […]
Тангейзер? Кто такой Тангейзер? | CityTraffic

Рубрики